Я строил всем Морозовым, Рябушинским, фон Дервизам и остался нищим

Я строил всем Морозовым, Рябушинским, фон Дервизам и остался нищим
Один из наиболее ярких представителей стиля модерн в русском и европейском зодчестве, принадлежит к числу крупнейших зодчих рубежа XIX—XX столетий. Кавалер орденов Св. Анны и Св. Станислава.

Фёдор (по рождению Франц-Альберт) Осипович Шехтель родился 26 июля (7 августа) 1859 года в Санкт-Петербурге. Он происходил из семьи немецких колонистов, осевших в 1766 на Волге, игравших в дальнейшем заметную роль в общественной жизни Поволжья. Род Шехтелей занимался коммерцией, торгуя алкоголем, табаком, различными ювелирными изделиями и мануфактурой; имея магазины по всей России. Отец, Осип Осипович, окончил петербуржский Технологический институт и остался жить в северной столице, женившись на представительнице немецкого купеческого рода Дарье Гетлиб.

Вскоре семья возвращается в Саратов. В феврале 1867 года Осип Шехтель скоропостижно скончался. Руководство над бизнесом и попечительство над семьёй родственника взял Франц, но и он умер спустя всего два месяца от продолжительной болезни. Так как по завещанию деда братья были ‘’в нераздельном капитале’’, молодая семья осталась фактически без средств к существованию, и была пущена по миру.

Шехтели бедствовали, и дошло даже до того, что им пришлось отдать сына Виктора- Иоанна на попечительство в семью столичного статского советника Ф.К.Дейча, чью фамилию он позже и взял.

Семья Осипа Шехтеля в 1865 году. Будущий зодчий стоит справа от отца.

Осенью 1871 года Франц-Альберт сдал вступительный экзамен и был зачислен во второй класс Саратовской мужской гимназии — единственного в городе учебного заведения, дававшего среднее образование и право без экзаменов поступить в Казанский университет. Учился юный Шехтель довольно посредственно, будучи даже оставленным на второй год, но, всё же, смог в итоге закончить гимназию, переехав после этого в 1875 году к матери.

Вскоре по прибытию в Москву Шехтель начал работать в мастерской видного архитектора А. С. Каминского, в доме Третьяковых. Сооружения, возведённые по проектам Каминского, во многом сформировали облик Москвы второй половины XIX века. Знаток русского и западного средневековых стилей, хороший акварелист, яркий мастер эклектики, Каминский, сыграл большую роль в судьбе Шехтеля и оказал определённое влияние на развитие его архитектурного таланта. В соавторстве с Каминским Шехтель летом 1875 года исполнил в неорусском стиле конкурсный проект фасада здания Исторического музея (осуществлённого в итоге по задумке Шервуда).

В 1875 году Шехтель поступил на архитектурное отделение Московского училища живописи, ваяния и зодчества.

Шехтель строил различные объекты, оформлял спектакли в Большом театре, сотрудничал штатным художником в ряде московских газет и проектировал дизайны различных афиш, торжественные адреса и меню. Словом — жизнь текла своим чередом. Постепенно набирая славу и известность, он в 1886 году стал преподавателем основанных А.О.Гунстом ‘’Классов изящных искусств’’, а в 1887 году женился на Наталье Тимофеевне Жегиной  -  дочери его бывшего попечителя. В 1888 году у Шехтелей родилась дочь Екатерина, в 1889  —  сын Борис, в 1892  —  Лев, а в 1896 ещё и дочка Вера.

Советский период жизни архитектора

К 1917 году работы для архитекторов в Москве практически не осталось. Фёдор Осипович, который оказался в это время единственным кормильцем семьи, сосредоточился на разработке платных лекций, которые читал в помещениях Московского архитектурного общества и других аудиториях. Летом того же года Шехтелю удалось найти покупателя на свой особняк на Большой Садовой, после чего семья поселилась в небольшом арендованном доме на Первой Брестской улице, 59. Архитектор рассматривал варианты переезда из Москвы, просил М. П. Чехову подыскать ему жильё в Крыму, однако уехать Шехтелю не удалось, о чём он позднее сожалел. Уже осенью Шехтелю вновь пришлось решать вопрос с жилищем: дом на Первой Брестской был реквизирован, и Фёдор Осипович вместе с женой и старшей дочерью Катей был вынужден переехать на квартиру дочери Веры и зятя Г. Д. Гиршенберга (Малая Дмитровка, 25, кв. 22). Часть обширной коллекции и библиотеки Шехтеля была перевезена в помещения МАО, а некоторая мебель была продана за полцены для покрытия семейных расходов.

В 1918 году Шехтель возобновил преподавательскую деятельность: получив должность профессора во ВХУТЕМАСе, подготовил ряд лекций по истории искусства, включая «Микеланджело и Рафаэль» и «Сказку о трёх сёстрах: Архитектуре, Скульптуре, Живописи и их взаимоотношении в эволюции искусства», преподавал композицию в старших классах. Параллельно зодчий занимался перестройкой касс, магазина, оркестровой ямы и другими ремонтными работами в здании МХТ.

МХТ Чехова в Камергерском переулке, Москва, Россия.

В том же году он получил приглашение принять участие в крупном для того времени проекте «Иртур» (Ирригация Туркестана), который предусматривал расширение уже существовавшей сети орошения, проектирование общественных и жилых зданий.

Шехтель активно занимался проектом вплоть до начала 1920 года, когда «Иртур» был ликвидирован. К периоду 1917—1920 годов относятся также проект Болшевского оптического завода по заказу Главстекла, проекты нескольких санаториев в Подмосковье и в Крыму.

В конце 1920 года руководитель Московского архитектурного общества получает назначение на должность начальника Художественно-производственной комиссии Научно-технического отдела Высшего Совета Народного Хозяйства, в чьих задачах было внедрение художественных решений в отраслях промышленности. В составлении различных эмблем профсоюзов, внедрении новых шрифтов, создании плакатов и организации лекций приняли участие также и многие другие видные архитектора того времени, но в 1922 году деятельность комиссии была полностью прекращена. Шехтель некоторое время проработал в Главкустпроме, после чего возглавлял выставочный комитет Общества друзей музея А.П.Чехова. В следующем году Фёдор Осипович принял активное участие в праздновании столетнего юбилея Малого театра, с разработкой памятного знака, праздничного жетона, виньетки для брошюр и рядом других работ. Он предложил и проект по реконструкции самого театра, но к работам по перестройке допущен по итогу не был. Тогда же он участвовал и в подготовке к Всероссийской сельскохозяйственной и кустарно-промышленной выставке в Москве, где являлся председателем жюри конкурса на художественный плакат, а также автором Туркестанского павильона, ставшего последним архитектурным творением прославленного русского зодчего. Он занимался проектами мавзолея Ленина и памятника 26 бакинским комиссарам, но они оба, воплощённые на бумаге, так и не были реализованы на практике.

Шехтелевский проект мавзолея Ленина.
Туркестанский павильон.

Именно Шехтелем было инициировано решение о создании музея МХАТа, но сам архитектор к тому времени уже отходил от активной творческой деятельности. В 1924 году он устроился на должность заведующего архитектурным подотделом при строительстве ДнепроГЭС, но уже в 1925 уволился оттуда по состоянию здоровья. В октябре его самочувствие ухудшилось настолько, что он был вынужден провести полгода в постели, оставшись безо всякой работы и почти без средств к существованию. К работе Шехтель вернулся только в апреле 1926 года, и за неполный год смог предоставить чертежи по 26 объектам, среди которых был план машинного здания ГЭС, моста через Днепр, план города эксплуатационников, а также ряд других архитектурных решений. В то же время, назначенной весной министром культуры Луначарским пенсии в 75 рублей не хватало на содержание всей семьи, и Фёдор Осипович решил продать свою коллекцию живописи и скульптуры, чтобы прокормить нигде не работающих жену и дочь.

«Я строил всем Морозовым, Рябушинским, фон Дервизам и остался нищим. Глупо, но я чист».

В мае зодчий с семьёй переехал на арендуемую дачу в Петрово-Разумовском, а уже 7 июля 1926 года скончался от рака желудка. Отпевание Шехтеля прошло в церкви Святого Ермолая на Козьем болоте, в которой десятью годами раннее он был крещён в православие. Фёдор Осипович был похоронен на Ваганьковском кладбище (участок номер 15), на территории фамильного захоронения, сооруженного в 1895 году по его же проекту. Потомки Фёдора Осиповича оказались также связаны с искусством. Внуком Шехтеля, по линии младшей дочки Веры, был советский эстрадный артист и актёр театра и кино Вадим Тонков, ставший в 1994 году заслуженным артистом России. Сын Лев тоже стал исследователем искусства и даже выступил одним из создателей ‘’Маковца’’ — группы московских художников, действовавшей в 1921–1927 годах, и выступавшей за развитие искусства на основе преемственности культурной традиции и историческому пути.

‘’Искусство, охраняя народную мудрость, растущую из седых веков и дающую художнику простор для проявления личности в могучем дышащем творчестве, должно вести народ к высокой культуре познания и чувства и участию в творчестве… Искусство должно проникать в жизнь…

Творческий путь Фёдора Шехтеля прошёл от эклектики и до неорусского стиля с модерном, затронув также неоготику, неоклассику и некоторые заигрывания с восточной тематикой. В каком-то смысле его путь был путём всей русской архитектуры того времени — но именно он его во многом и задавал, становясь, как в случае с тем же модерном, зачинателем целого направления русского искусства. И хотя ныне о нём знает и помнит довольно мало людей — его вклад в русское культурно-историческое наследие неоценим. И хотя сейчас зодчество во всех отношениях не осознаётся российским обществом как нечто важное, о чем свидетельствуют даже доминирующие архитектурные вкусы, рано или поздно это отношение сменится, уже — как показывает успех Варламова и благоустройство улиц в Москве — начинает сменяться, и вот тогда-то творческий путь Фёдора Осиповича Шехтеля и будет оценён по достоинству.

Несколько работ мастера.

(Visited 85 times, 1 visits today)

Добавить комментарий

Закрыть меню